Previous Entry Share Next Entry
Время говорить
пью
sonja_mussolini
Прочитала в фейсбуке у Юлии Брыкиной, бывшей жены убитого 7 лет назад иерея Даниила Сысоева: "В среду 8 июня в 15:30 по Московскому времени в храме Космы и Дамиана на Маросейке состоится молебен Господу Богу об освобождении заключенного Сергия и милости для нашей семьи, ибо я и трое наших детей весьма сильно страдают и переживают из-за происходящей ситуации. Слабеет издательская и благотворительная деятельность"…

Откомментировала: почему не указали, в чем его реально обвиняют, а назвали другую причину, нехорошо использовать людей втемную.

Юлия Михайловна комент потерла.

Потом имела с ней долгую, нудную и совершенно бесплодную переписку, в которой так и не получила ответ на свой вопрос.

Что ж, отвечу сама себе. Потому что уже тошно и от вранья и от молчания.

В Юлиной семье действительно все очень непросто. Причем, настолько непросто, что все более-менее знакомые с ситуацией предпочитали молчать, вздыхать и отводить глаза в сторону, ибо у нормального человека такое положение вещей вызывает состояние, которое интеллектуал описал бы как когнитивный диссонанс, а кто попроще – назвал бы разрывом шаблона.

Я тоже молчала. Но такого рода "призывы к молитве" вызывают у меня ощутимую неприязнь. Этому есть причина. Однажды, на заре моего воцерковления ко мне подошел незнакомый человек, видимо распознав во мне по платку и длинной юбке православную христианку, и попросил меня помолиться вместе с ним. Давай, говорит, сестра, прочитаем сейчас вместе "Отче наш" и помолимся друг за друга.

Не знаю, почему я тогда затормозила – оторопела, наверное, от необычной просьбы, – в общем, отвел Господь от греха, парень один прочитал "Отче наш", а потом стал рассказывать о себе. Ну и рассказал, что сам он из Белого братства (секта такая была в то время, тоталитарная и деструктивная, зародилась на Украине), а за главного в этом Братстве – небесный отец Мария Дэви Христос. И молился этот парень молитвой Господней, обращая ее не к Богу Отцу, Творцу всего, а к нему, ну, в смысле, к ней – Марии Цвигун, свихнувшейся на почве негативного духовного опыта, полученного под веществами.

Это я к чему – вот зачем людей использовать втемную? Почему бы Юлии Михайловне не написать прямо, в чем действительно обвиняется ее муж, содержащийся ныне под стражей Сергей Станиловский, молиться об освобождении которого она призывает. Такая кособокая полуправда и замалчивание правды, называемое в кругах, к которым на данный момент близок Сергей, "ввести в блудняк", а говоря нормальным языком – "манипуляцией", – принесет ли пользу, честно, не знаю. Бог-то всеведущ, знает все, что у людей в сердцах, знает то, чего мы и сами о себе не знаем. Поэтому если просишь людей поучаствовать в чем-то, им надо четко обозначить: кто враг, кто друг, кого гнать, кого миловать.

В общем, я буду говорить. Намолчалась, хватит. Буду комментировать.

Но прежде – о молитве. Молитва – это здорово, молитва о страждущем, находящемся в заключении, – особенно. Молиться надо, бесспорно. Но я глубоко убеждена: молиться бездумно нельзя! Надо понимать, о чем молишься, чего просишь.

Итак, Юля пишет: "Недоброжелатели активно пытаются отомстить ему, так как считают его причастным к смерти Священника Даниила Сысоева. Также они всячески стараются развалить наш фонд, лишить меня родительских прав".

Интересно, а кто эти "недоброжелатели"? Те, кто ведет следствие? Вряд ли, им же положено быть беспристрастными, ведь если их заподозрят в необъективности, то попросту отстранят от следствия.
Ну, тогда, значит, недоброжелатели – это дочери убитого иерея Сысоева, имя и труды которого Юлия Михайловна со своим мужем весьма активно эксплуатировали во благо своей семьи в течение почти 7 лет.

Ведь именно Иустина Сысоева, старшая дочь о. Даниила обвиняет Сергея Станиловского. И обвиняет не в причастности к смерти отца, как пишет Юля, а в развратных действиях по отношению к ней и ее сестрам. Правда, я не представляю, как Устя пытается развалить фонд и лишить Юлю родительских прав…

Выходит, недоброжелатели – это все-таки следственные органы и органы опеки. Но этого быть не может. Замкнутый круг… Не исключаю, что я чего-то не знаю и существуют еще какие-то люди. А может, "недоброжелатель" – это сам о. Даниил, ведь знаменательно иск был принят 12 января, в день его рождения?..

Ну, как себя чувствуют ваши шаблоны? Мои – трещат по всем швам.

Похоже, пришла пора давать комментарии.

Юлия Михайловна пишет: "…я и трое наших детей весьма сильно страдают и переживают из-за происходящей ситуации".
Я не любопытна и не слежу пристально за личной жизнью Юлии Брыкиной и Сергея Станиловского, но известно, у них же только один совместный ребенок! Плюс три дочери о. Даниила, и их Станиловский не удочерял, это факт. Ну, предположим, Юлия имеет в виду, что Станиловский для всех детей – как отец родной. На это есть масса возражений, ну да ладно, считаем: один и три – это, ребята, четыре. Юля же пишет о троих детях. Кто не при делах из четверых имеющихся, догадаться нетрудно: все-таки "недоброжелатель" – это Иустина, и из состава семьи она исключена. Что ж, ситуация весьма типичная: больше половины матерей в семьях, где произошло подобное, встают на сторону мужей. Не нам их судить за это, Бог им судья.

Я-то, собственно, о чем? О молитве же.
О чем молиться?

Буду молиться, чтобы суд был непредвзятым, справедливым, милостивым и снисходительным к обвиняемому, и заключенный ныне Сергей, обвиняемый в развратных действиях в отношении несовершеннолетних, в случае вины полностью раскаялся и понес заслуженное наказание. Или получил освобождение – в случае, если невиновен.

Буду также молиться, чтобы суд, да и не только суд, но и те, кому известно больше, чем на своем сайте говорит Юлия, проявили милость и по отношению к пострадавшим. Потому что, господа, у меня едет крыша и рвутся шаблоны, когда люди стараются оправдать обвиняемого, тем самым глумясь над пострадавшими и ставя их в положение клеветников. Церковь предписывает молиться о раскаянии, о здоровье и облегчении участи заключенных, помогать заключенным, а не освобождать их. Хотите молиться об освобождении Сергея – воля ваша, молитесь. А если он преступник? Вы все равно будете молиться о его освобождении? Ну-ну. Только вам не кажется, что в таком случае вы разделяете с ним ответственность за преступление?

Изумляет меня в этой истории то, насколько всем глубоко безразличны пострадавшие…

Люди, ну вы глаза-то откройте! Вот оно, живое наследие о. Даниила – его дети. Ну ладно, мать их разум потеряла, но надо же понимать: это же дети его, плоть от плоти. Не надо глумиться над ними. Им и так очень несладко. Некоторые из вас были друзьями их отца, иерея Даниила Сысоева. Защитите же его детей – во имя и в память их отца, мученика за веру.

И пожалуйста – дайте в этой ситуации действовать Богу. Пусть все будет по Его святой воле, а не по нашей.

  • 1
Какая ужасная и тупиковая ситуация! Тут только Бог разрешит, молитвами о. Даниила. Мне почему-то из всех жальче Иустину. Буду молиться именно так, как вы сказали: о справедливом решении суда и о покаянии виноватого в этой ситуации, кто бы ни был виноват.

Спасибо, милая, об Иустине сердце болит, да.
Но и других жалко.
Да что я Вам говорю - детей всегда жальче всего.

Однако!!! Экие страсти творятся в... творяться карочи! Мало что паонял, но я всегда на вашей стороне, так и запишите.

Привет, Кот.
Жаль, что у меня так мало времени на общение. Прости уж.
Скучаю.
Спасибо тебе.

прощаю вас увы не глядя
и не держу на сердце зла

Юлия Брыкина написали в комментах, что Иустина призналась в оговоре.

(Deleted comment)
Сильный - может, и имеет...
а говнюк должен сосать у параши*
---------------------------
*параша (сленг.) - не красивая и не баба.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account